198 / 486
Шерккей не знал, куда податься: зайти в дом — тошно
от одиночества, давит что-то душу тяжким камнем, и все
тут. Хоть бы Тимрук, что ли, пришел...
Со стороны леса задувает легкий прохладный ветерок,
бередя тополиные листья и заставляя их о чем-то лопо
тать меж собой; ущербный месяц поднялся высоко и за
вис над самым могучим деревом на Верхней улице; на
бегающие облака то застилают его, то снова открывают
дорогу его свету. А восток уже розовеет — скоро рассвет.
По улице шли двое. Шерккей, заметив их, вначале ис
пугался: а ну как ни за что ни про что прибьют на месте,
и пикнуть не успеешь. Чего он тут среди ночи один топ
чется? Деревенские всякое могут подумать... Оказывается,
это Кандюки, старик со старухой. Походку Кандюка Шерк
кей определил еще издали: он размахивал руками, точно
мельница крыльями, при этом умудряясь еще и раскачи
ваться из стороны в сторону и твердо ступая ногами.
— Не вернулась? — спросил Кандюк недовольно, по
равнявшись с Шерккеем.
— Нет, не вернулась, в доме ее нету... Думаю, не у
брата ли, у Элендея?
— Ах, сватушка ты мой, сватушка, — Алиме скрести
ла руки на груди, — сам понимаешь, как нам не хочет
ся, чтоб наше доброе имя замарали... Нямась только что
вернулся и сразу нас сюда прогнал, мол, верните мне
Селиме тотчас же...
— Оно, конечно, так, конечно, так... Наверное, схо
дить все-таки надо к брату, сходить... Оттуда вон, с ни
зины-то, сейчас больно голос жуткий послышался, вот
я и остановился...
— Ну? — Кандюк укорно посмотрел на жену. — Я что
тебе говорил? Голос, мол, какой-то слышу... А ты...
— А что я? Я ведь тебе не перечу. Сказала — не слы
шу, вот и все.
—Ага, ты не слышишь, а я собственными ушами слы
шал. Ладно, сват, айда в избу.
— И то правда, — обрадовался Шерккей, проводя ува
жаемых гостей в дом через высокое крыльцо. Он тороп
ливо, тяп-ляп вытер пол и пригласил сватьев пройти впе
ред. Огня зажигать не стали, потому что сквозь малень
кие оконца уже начал пробиваться рассвет. Слово за сло
во, время летит незаметно. И тут Шерккей вспомнил, что
собирался сходить к брату. Оставив гостей в доме, быстро
вышел, на ходу рукавом утирая вспотевший лоб. Сделав
два-три шага вниз по улице, он услышал громкий топот:
194