Еллиев, Е. Ворота

Раз вот, вернувшись от кого-то с помощи пьяным, я

избил и братьев, и родного отца. На следующий же день отец

меня выделил из семьи. Просто еще раз выгнал из дома. Выгнал

в чем я был, не дал ничего.

Не помню теперь, надеялся ли я в ту пору отведать когда-

либо сытой жизни.

Заняв под отработку деньги у одного богача, я кое-как

переделал баню под избу. Работал, не зная ни дня, ни ночи:

ведь как бы то ни было, хотелось как-нибудь вылезти в люди

и пожить по-человечески.

Работаешь, вкалываешь, а толку мало. И вот порой лопнет

терпенье: рассоришься со всеми и, отчаявшись, напоследок

идешь проторенной дорогой в кабак. Забиваюсь в самый

дальний угол подальше от людей и молча в одиночку опроки

дываю рюмку за рюмкой. Затем иду домой, и сам не знаю,

зачем: распаляет меня злость. Жена догадывается, что я

непременно ее изобью, и еще до моего возвращения убегает

из дома. Вернувшись в пустую избу, малость стою, осмат

риваюсь; затем появляется у меня неодолимое желание бить

посуду. Не удерживаюсь —бью. Чувствую ведь сам —творю

неладное, но не в силах справиться с собой, вытаскиваю из

сундука единственное платье жены и крошу его топором на

мелкие, в овсяное семя, лоскутки.

Утром, протрезвев, вспомню все, что натворил, и иду

искать свою жену. Отыскиваю ее и сам же в слезах умоляю:

«Анна, прости... Клянусь, ничего не помню».

Остекляю разбитые окна, покупаю посуду. Некоторое

время с женой живем мирно. Ко мне даже приходит намерение

исправиться: бросаю пить, берусь опять за работу. Но кругом

нехватки: жена в лохмотьях, у детей на троих —одна одежонка,

на дворе из скотины —одна-единственная коза.

Из-за этой бедности и сами-то живем вроде скотины: в

избе —непролазная грязь; жена уборку в избе считает последним

делом: говорит, люди сыты не чистой избой.

К тому же и дети больны: у одного болят глаза, у другого

—лишай на голове, третий замучился поносом —того и гляди,

сегодня-завтра помрет. Не радость, а тоску и жалость наводят

они у родителей.

Не вынося всего этого, один из трех последних пудов

хлеба отношу шинкарю за полуштоф водки.