254 / 486
К ним подоспел Имет.
Кандюк все еще пытался столкнуть бочку, пиная ее
сапогами, но Имет одним рывком поднял бочку, поста
вил на днище. Из тарантаса донесся стон связанного, с
кляпом во рту, Тухтара.
— Тухтар?! Это ты, Тухтар?.. — Элендей, подбежав,
вырвал кляп изо рта бедняги.
— Погубят нас, дядя Элендей, Кандюки, погубят...
— Ничего! Теперь уж не погубят! Ну, Тухтар, пришел
твой черед — расквитайся с ними за Селиме! — говорил
Элендей возбужденно, освобождая Тухтара от веревок.
Люди окружили Кандюка. Тот, отступая от взмылен
ных лошадей, пятился и пятился к озеру. Вот он дошел
до самой кромки берега и остановился.
— Вы что, люди? Вы что?..
— Кандюк бабай, кто тебе повелел такое дело зате
вать? Ты что же это, старой башкой хотел деревню ис
требить? Столб черный на ее месте оставить?
— Савандей, что ты, что ты говоришь-то? Я ж для на
рода, для вас старался... Да... Элюкка, хоть ты им скажи...
Кандюк надеялся, что староста непременно вступится
за него.
— Ой, зуб, зуб окаянный замучил! — староста, схва
тившись за щеку, отошел в сторонку, почуяв, что сей
час тут завяжется нешуточная потасовка.
Кандюк, перекидываясь словами со стоявшими рядом
Иметом и Савандеем, снова попытался пробраться к бочке.
Толстый и приземистый, с большим животом, он и сам
сейчас был похож на бочку. Имет, не касаясь Кандюка даже
пальцем, своей широкой грудью преградил ему дорогу.
В это время к ним подошел Элендей.
— Ну, бабай, вот и добрался ты до озера. Давай те
перь, покажи нам, как ты умеешь купаться. Небось за
парился на свадьбе-то. Давай, давай, ступай ближе, —
Элендей тихонько ткнул Кандюка в плечо, и тот с шу
мом плюхнулся в прозрачную утреннюю воду.
Увидев это, люди громко захохотали, заулюлюкали.
— Братец Элендей!.. Савандей, брат!.. — разбрызгивая
вокруг воду, пытался выбраться на берег Кандюк. — Как
же вы так? Как же?.. — Кандюк канючил, мелко дрожа
побелевшими губами.
— А что «как»? Все как надо: ты не торопись, купайся
как следует, а поговорить успеем!
— Нямася, Нямася тоже надо в воду! — раздался чей-
то голос.
250