102 / 140
Запыхавшийся Никита с палкой в руке без спроса ворвался
в класс, и все насторожились. Как только Тит указал на Михаля,
Никита с палкой ринулся было к Михалю, но вмешался учитель.
Схватив за палку, он осадил Никиту и приказал ему сейчас
же покинуть школу. Никита повиновался и, погрозив палкой
в сторону Михаля, ушел. Тит же с тех пор перестал ходить в
школу.
Учитель, конечно, крепко поругал Михаля и после уроков
задержал его в школе — «оставил без обеда», как говорили
тогда.
Когда же вечером Михаль вернулся домой, у них уже
сидел стражник. В доме стояла тревожная тишина, словно
ожидали какую-то беду. Как только Михаль переступил порог,
отец его, человек крутого нрава, по наущению стражника,
избил малышку и, когда тот ушел, кинул веревку и, утирая
свои мокрые от слез глаза, запричитал:
—Сынок, ну... Ладно... Если бы не я, не сам, выпорол бы
тебя стражник. Не плачь. И не связывайся больше с этим
чертенком.
А на другой день в школу не пошел и Михаль. Он догады
вался, что Тит его где-то по пути непременно подстережет. Но
через два дня он все же пришел в школу. Однако учитель
принял его холодно —ему, видимо, досталось от Никиты. И
Маша сидела уже за другой партой. Словно холодком повеяло
от своей школы.
И когда Михаль отказался ходить в свою школу, отец
отвез его учиться в соседнее село.
Петруха, отец Михаля, когда мог, прирабатывал у Ни
киты: для его лавки из города возил водку, пиво и другие
товары. Небольшой заработок, но все же он покрывал мелкие
расходы.
Никита, обычно нанимавший на извоз чуваш, говорил,
что в отличие от русских они, чуваши, не артачатся. А вот
теперь, когда отец Михаля подгонял подводу, чтобы грузить
пустые бутылки, он вспомнил «своих русских». Он отказался
от Михалева отца и нанял «своего», Гришаньку.
И тут же при нем стал грузить «свой» Гришанька.
Никита добавил:
—А за прошлый привоз деньги с Гришаньки возьмешь —
он мне пятерку должен.