105 / 140
Однажды в школе с помощью волшебного фонаря по
казывали картинки о войне. Народ подивился необыкновенным
приключениям Кузьмы Крючкова. Как только закончили показ
картины, Алеша, сидевший рядом с Михалем, ушел с девуш
ками. Оставшись без друга, Михаль осмотрелся и, завидев
Машу, пошел провожать ее. Забравшись под его шубу, Маша
плотно прижалась к Михалю. Странный озноб пробежал по
его спине, и он крепко ее поцеловал. Подмигнули звезды с
высоты, снег певуче скрипнул под ногами, а студеный зимний
воздух показался хмельным. И, словно опьяненный им, скоро
говоркой, путанно и невнятно пробормотал Михаль свои
признания.
Но вдруг уединившихся в ночи обложили какие-то пу
гала в вывороченных шубах и, вырвав Машу из объятия
Михаля, уволокли в непроглядную тьму. Кинувшегося вслед
за стонущей Машей Михаля кто-то сбил на снег, ловко
подставив ногу. Отобрал и уволок Машу именно Тит. Он,
наглец, уже ранним утром заявился к Гришаньке и бахвалился
своей ночной проделкой.
—Неужто ты хочешь, чтоб твоя дочь таскалась с чувашом?
—забыв всякую учтивость, прямо спросил он.
Растерявшийся от такого наскока Гришанька стал укорять
дочку, а мать сокрушенно всплескивала руками.
Скоро после этого Маша ушла из дома. И словно опустел
дом без нее. Михаля теперь особо не тянуло к ним: к тому же
стоило придти ему к ним, как Гришанька и его жена сразу
замыкались в себе, молчали, явно выказывая, что он им в
тягость.
Напрасно возмущался Алеша, напрасно призывал он
родителей к благоразумию.
—Увольте меня от позора! — все твердил отец и отма
хивался рукой.
Недалек уж был день, когда Михаль и Алеша стали бы
работать учителями. Но вдруг —досрочный призыв.
Не миновать бы им фронта, если бы не свершилась
Октябрьская революция.
Как началась гражданская война, Алеша с отрядом Красной
гвардии ушел из села.
Забурлила и деревня, словно кипящая в котле вода. Объя
вился комсомол. И организатором его ячейки стал именно
101