305 / 486
— Светает, никак? — спросил Тимрука, уже успевше
го зайти в баню.
— Светает...
Оконце, хоть и маленькое, все же пропустило сквозь
себя предрассветную синеву. Уже различимы очертания
камней на каменке. Шерккею захотелось до ветру, но он
все еще был под впечатлением жуткого сна и боялся от
кинуть задвижку с двери предбанника. Так и чудится ему,
что люди в черных одеждах живьем стоят за дверью... Ведь
он наяву слышал стук в дверь, наяву, а не во сне!.. Шерк
кей зашел в баню, глянул через оконце на мост, однако
сквозь закопченное стекло мало чего разглядел. Попытался
протереть стекло тряпкой и сделал еще хуже — оно стало
мутно-непроницаемым. Пришлось вымыть его щелоком, по-
настоящему. Провозился с окном Шерккей довольно дол
го, на улице уже совсем рассвело, и он разглядел-таки
мост. Конечно, никакого тарантаса там не было. Да если и
был, неужто до сих пор бы стоял? Скорее всего его и не
было, показалось Шерккею это во сне. Сон его так и пре
следует, не отпускает на волю... Он вернулся в предбан
ник, думая все о том же. Один из разбойников был Ур
нашка, это точно. Кто знает, может, и по сей день живет-
поживает где-нибудь этот мучитель, не тем будь помянут!..
Кто же были остальные? Возможно, Шерккей когда-ни
будь с ними встречался? Тогда бы он сразу признал и за
годя придумал, как от них уберечься. И все-таки интерес
но, кто такие? Шерккей до боли в висках напрягал па
мять, силясь вспомнить их лица, но тщетно. А, черт с ними,
видел, не видел, плюнуть на них и растереть...
Шерккей был счастлив, что разбойники явились к нему
только во сне. А заявись они в дом в самом деле, иголки
бы с ниткой не оставили, дочиста вынесли бы все. Ишь,
сундук с деньгами им отдай!.. «Добрый Пихамбар, спаси
меня от этих разбойников, спаси и сохрани!» — истово
взмолился вдруг Шерккей. В то же время он прекрасно
понимал, что спасение его не столько в боге, сколько в
скорейшем возведении нового дома, с надежными две
рями и запорами.
Тогда не страшны будут никакие разбойники.
Шерккей уже полностью разгулялся, хотя он и прилег
снова, но спать больше не хотелось. Поворочался с боку
на бок и скоро встал. За окном совсем рассвело. И все же
Шерккей открыл дверь с большой осторожностью, вы
глянул наружу. Никого. Даже если кто и был, давно уж
улизнул, чего он тут стоять будет? Небо бездонно, чисто.
301