232 / 486
ночей набрать бочку воды, к примеру, в Улхаше и вы
лить в свое озеро, что посредине деревни. Тогда оно не
пересохнет, и дождь следом прольется...
Кестенюк наконец сказал, что все понял, хотя не
очень-то верит в эту затею. Но он согласен, только вот
подыщет себе сменщика, а потому окончательный ответ
даст завтра.
Однако на другой день Кестенюк вдруг заупрямился:
мол, не хочу впутываться в это темное дело, имя свое
доброе марать. Это ж надо такое сморозить: «доброе имя»!..
Видать, кто-то успел его отговорить.
Нямась рассказал обо всем отцу. Кандюк страшно рас
сердился. «Как же так, — зло выговорил он сыну, — иль
язык у тебя неуклюжий, что не можешь ни с человеком
поговорить, ни башкой помыслить?»
Но вот Нямась упомянул еще одно имя, и лицо Кан
дюка вмиг просветлело. Правда, на сей раз он решил не
доверяться сыну, а обстряпать это дело самому. Под ве
чер, зайдя в лавку, он сунул в карман бутылку водки —
для завязки разговора, отломил пол-лепешки, в огороде
нарвал зеленого луку. Нямасю наказал, что он должен
проделать к его возвращению; жене и дочерям тоже оста
вил поручение. Как только от Кандюка придет человек с
доброй вестью, Нямась должен быстро и без суматохи
созвать надежных людей и, приготовив все необходимое,
дожидаться отца. Делать все надо быстро и без лишних
слов, чтоб не вложить в уши посторонним, не выставить
себя на глаза. «Ежели народ прознает, дело не состоится,
это точно», — строго сказал под конец Кандюк и заша
гал огородом в поле.
На далеком загоне играет, переливается марево. Кан
дюку на миг показалось, что это озеро с невысокими
берегами, которые того и гляди растворятся в воде. Днем
было невыносимо жарко, но к вечеру все же немножко
посвежело. Не спеша идет Кандюк по тропке, ведущей к
Новому Святилищу. Он внимательно смотрит на тро
пинку — как бы не пересек дорогу какой-нибудь глупый
заяц или еще кто, тогда его дело не выгорит...
Остроносые суслики, любопытно вытянув шеи, погля
дывают по сторонам и, завидев идущего человека, быст
ро скрываются в своих норках. Кандюк решил немного
передохнуть. Он не устал, просто ему надо переждать — к
намеченному месту лучше подойти, когда совсем стем
неет. В голове роились самые разные мысли. Ему вдруг
вспомнились рассказы стариков о проходивших тут не
228