175 / 486
Который же нынче день он сидит затворником в сво
ей лачуге? Не может ни спать, ни есть, одно чувствует:
нестерпимо болит душа, а возле самого сердца полыхает
неугасимое жгучее пламя. Вот и остался он снова на бе
лом свете один-одинешенек... Снова ему не с кем пере
кинуться словом. Он перестал появляться на улице, хотя
в первые дни, надеясь что-либо узнать про Селиме или
вдруг увидеть ее, несколько раз подходил к дому Кандю-
ков, пытался заговорить с их работниками. Один раз ему
сказали, что Селиме нет дома, уехала куда-то. В другой
раз поведали, будто живет она в задней избе, запертой
снаружи. Они, мол, ни разу не видели, чтобы девушка
проходила по двору иль по дому. В последний раз, зави
дев Тухтара, они пообещали ему тотчас же сообщить ка
кую-нибудь новость. Но сколько ни ждал Тухтар, к нему
больше никто не вышел.
Вечера Тухтар теперь коротает в доме Элендея, с ним
облегчает страдающую душу. Рассказал он Элендею и о
том, какой спектакль устроила осенью в доме Шерккея
знахарка Шербиге. Селиме тогда сказала, что всю эту ко
медию Шербиге затеяла по наущению Кандюков, вот она
и постаралась... Тухтар говорил сбивчиво, обрывками, но
Элендей понимал людей с полуслова, а Тухтара тем бо
лее. Однако Элендея сейчас волновало другое: его родной
брат Шерккей настолько стал самостоятельным, что про
пустил все мимо ушей, о чем говорил ему Элендей на
счет Селиме. Видать, брат давно задумал это черное дело —
нажить на дочернем несчастье свое счастье: дом новый
построить, денег накопить... Такая алчность брата никак
не укладывалась в голове Элендея. Ведь человек — пусть
даже девка! — живое существо, с
д у ш о й
,
с
сердцем, не
скотина же, чтоб ее на продажу выращивать. И тот, кто
наживается за счет горя своих родных детей, совершает
тяжкий грех. Неужели брат этого не понимает или не хо
чет понять?..
Ночной путь — словно камень на груди, говорят. Элен
дею что-либо сделать поперек совести — то же самое, он
тогда перестанет быть самим собой. Вот и сейчас он едва
владеет собой, чтобы не поджечь дом Кандюка или не
изметелить любого, кто попадется ему под горячую руку.
В то же время он знает, что толку от этого будет мало, и
решает пойти к Кандюкам при дневном свете.
Но на следующий день, как назло, к нему один за
другим шли и шли люди, а тут еще остановились пере
ночевать родственники из соседней деревни. Элендей то
171