173 / 486
—А я уж думала — не придешь...
Несихва пощупала пульс — он бился слабо, а време
нами пропадал вовсе. Старушки то и дело меняли на лбу
Сайде мокрое полотенце. Но она так и горела в жару.
—Селиме бы... увидеть... — успела сказать Сайде и впала
в забытье. «Голос внутрь ушел», — определили старушки.
Грудь умирающей вздымалась все реже, сама она не ше
велилась.
— Ну, что скажешь, бабушка? — тихо спросила Не
сихва соседку-старушку.
— Не знаю, дочка. Сказать-то боюсь... — еще тише,
чем Несихва, проговорила старушка. — Помню, как сес
тре своей глаза закрывала, она тоже тяжелая, как Сайде,
была, так она, милая, еще двое суток промаялась...
—А тут что скажешь? — настаивала Несихва.
— Может, ошибаюсь я, — неуверенно сказала старуш
ка, — дай-то бог, чтоб я ошиблась... Кто знает, авось
полежит вот так в покое, отдохнет да и поправится... —
старушка покачала головой — в душе она мало верила
своим словам.
Больше не разговаривали.
А на столе засыхают остатки вчерашнего пиршества.
Все тот же непочатый круглый калач, нарезанный шыр-
тан, зачерствевшие лепешки, ватрушки... Пол замусорен
и не подметен — некому. Несмотря на то, что в доме
много людей, царят гробовая тишина и подавленность.
Уже стемнело, зажгли лампу. Старушки вскоре разошлись,
остались лишь Уття с Несихвой.
...Сайде умерла перед рассветом. Как жила тихо, так и
умерла беззвучно, никого не потревожив. Несихва запла
кала в голос, и Шерккей проснулся. Подойдя к жене,
приложился губами к холодному лбу, погладил по ще
кам, рукам, застонал без слез.
— При жизни надо было жалеть, а не сейчас стонать, —
сказала Несихва надрывно, душа слезы. — Сейчас хоть
что сделай, не встанет она, не откроет глаз. Живую надо
было жалеть, — словно гвозди в живое тело, вбивала Не
сихва жестокие слова в сердце Шерккея. — Ведь какая
была добрая да человечная, — женщина смахнула слезы
концами платка.
Дети, уснувшие как раз перед утром, услышав о кон
чине матери, заплакали навзрыд. Оба поняли, что теперь
остались сиротами и что на свете больше нет доброй лас
ковой матери. Скоро ее снесут в подземное царство, от
куда она уже больше никогда не вернется...
169