168 / 486
— А по мне — так пусть хоть кишки!
Кандюк всячески старался умилостивить Элендея. Видя,
что силой его не запугать, уговору он тоже не поддается,
Кандюк достал из кармана «красненькую», протянул
Элендею:
— На вот, сват, и тебя не обделим, пользуйся нашей
добротой. Нам ведь и дальше всем вместе жить...
— Ха! Вы и меня думаете купить? Ха-ха-ха!.. Я что для
вас — ребенок? Плохо вы знаете Элендея! Душегубы!.. Вот
что, Кандюк бабай, добром прошу: сегодня же отпусти
Селиме! Сейчас же! Иначе я тебе и на том свете покоя
не дам! Слышишь? Как твоему отцу!.. Убери свои пога
ные деньги, чего руку-то протянул, как побирушка?
— Дак мы ее и не держим, Селиме-то, — изо всех
сил стараясь бодриться, сказал тихо Кандюк, но руки
его предательски дрожали. — Ее воля, как хочет, пусть
так и поступает... Слыхал я, что сват Элендей с какими-
то голодранцами-пастухами объездил все окрестные де
ревни. Шербиге сказывала. У ней ведь семь глаз, семь ушей...
Вот я и говорю: Селиме сама пусть решает, как ей быть.
Мы ее не неволим... Так что по чести и слава...
— Я один раз говорю, Кандюк бабай. По-другому не
будет! — Элендей с треском захлопнул за собой дверь.
XXII. МАТЬ
События этих дней совсем доконали Сайде, она так и
не поднялась с постели. Даже печку протопить приходила
соседка напротив —дочка Бикмурзы, Уття. А Сайде...
Кто бы на свете знал, какие муки перенесла за свою
недолгую жизнь эта женщина! Родила четверых и вырас
тила троих детей. Чтобы они не чувствовали себя хоть в
чем-то ниже остальных, ни разу не выпустила их из дома
рваными да грязными; не морила голодом, а отдавала
свой кусок, лишь бы они были сыты, сильны, здоровы;
когда в деревне начиналась какая-нибудь повальная бо
лезнь и выметала из домов всех детей, Сайде не смыкала
глаз, стараясь уберечь своих ребятишек от хвори. В доме у
нее всегда были чистота и порядок, она вовремя успева
ла приготовить обед, глядела за скотиной, работала по
найму, делала свою работу в поле не позже, а раньше
людей: полола, жала, рвала коноплю, мочила, мяла, пря
ла, ткала, ездила и за дровами, и на мельницу... Шерк
кей при ней жил себе поживал спокойно, не тревожила
164