347 / 486
подойдет хозяин и заставит выпить. Небось именитые люди
в городе, не голытьба какая. Шерккей малость кумекает
по-русски, и ему хочется перекинуться с молодой парой
хотя бы словом, но они и не глядят в его сторону. Ну и
ладно, а то еще стыда не оберешься: заговоришь, ска
жешь слово, а другого в запасе и нет. Ладно, посидит и
молча. К тому же он ведь сюда не самозванцем пришел,
его честь по чести пригласили, так что, глядишь, сам
хозяин подойдет, а коль и не подойдет — не беда, сам
угостится, видать, у них, городских порядок такой, сам
себя угощай в гостях-то...
А люди заходят, уходят, заходят, уходят... Входящие
моют руки под рукомойником, что стоит у входа, возле
печки. Шерккею бы тоже не грех помыть руки, а то со
чтут его за Алаба Велюша — тот по семь-восемь дней не
умывается. Тем более он вспомнил, что выпачкал руки в
крови, когда взрезывал у татар-коновалов жеребячью мо
шонку. Надо помыть, иначе даже жареный тетерев не
полезет в горло. Он встал, подошел к рукомойнику и,
тщательно вымыв руки, вытер их белоснежным полотен
цем, вернулся на место. Как раз в это время полногрудая
майра принесла ему целый поднос еды, расставила все
на столе и отошла в сторонку.
— Спасибо тебе, дочка, большое спасибо! — еще изда
ли поблагодарил Шерккей женщину, но та сделала вид,
что и не слышит его благодарности. Ну и ладно, Шерк
кею вовсе не обязательно в глаза лезть, и так сойдет.
Он уселся за свой стол. Дымящиеся щи защекотали
ноздри, ему страшно захотелось есть. Но он не набросил
ся сразу, а порадовался на плавающую в звездах жира
разваренную капусту, картошку, вкусное мясо и только
после этого взял в руку удобную и увесистую ложку. «На
верно, серебряная», — подумал Шерккей. Хлеб был тоже
белый, мягкий, ноздристый, чуть прижми кусок пальцем
к столу — в лепешку обратится, отпусти палец — снова
мягкий и пышный, как пуховый.
Шерккей один за столом, ждет, что кто-нибудь под
сядет к нему вот-вот, но никак не дождется. А молодуха,
что принесла ему еду на подносе, ушла в дальний конец
и стоит к нему спиной.
— Ты чего это не ешь?
Кто это там не ест? Шерккей неторопливо обернулся
на голос.
На него в упор смотрела женщина, прибиравшая со
столов грязную посуду.
343