352 / 486
меня бог еще раз зайти сюда!» Он страшно боялся, что
придется выложить чернобородому все деньги, какие у
него были в кармане. Ну, слава богу, кажись, пронесло.
А ежели бы он запросил с него сорок рублей, тогда что?
Повеситься на месте или отдать все, что есть? Да, дорого
обошелся ему жареный тетерев, никак не думал Шерк
кей понести такой расход. Мало того, ни с того ни с
сего принялся угощать вином постороннего старика, сам
пива выпил. Знать бы, что все это будет из его кармана,
он бы и водичкой удоволился! Вот и набралось, копейка
к копейке...
Ну да ладно, бог с ними, с деньгами, Шерккей был
счастлив тем, что избавился от большей беды. Мало-по
малу он успокоился. Выйдя из ворот и пройдя несколько
шагов, он обернулся на ненавистный дом и увидел все
того же парня в синей рубахе, который заманил его в
трактир. Шерккей, возможно, его и не разглядел, но в
сердцах на всякий случай бросил: «Тэбе!»* И тотчас ус
тыдился: ведь перед ним какой-никакой, а все же чело
век, не собака, зачем же он его так? Стыдливо махнув
рукой, Шерккей пошел прочь. А парень продолжал зазы
вать новых посетителей — это была его работа.
Шерккей мог пойти куда угодно — перед ним множе
ство дорог и улиц. Дойдя до перекрестка, он резко оста
новился. Постой, ему же надо к Эндюку! Возможно, если
бы он не оставил там лошадь, Шерккей и не стал бы к
нему заходить, но теперь-то ему некуда деваться. Огля
девшись вокруг, он увидел церковь из красного кирпича
и развернулся в обратную сторону. И снова ему предстоя
ло пройти мимо ненавистного трактира. Чтобы не делать
этого, Шерккей кружным путем выбрел к церкви, отыс
кал нужную улочку, дом Эндюка. И вдруг весь передер
нулся от мысли: а ну как и этот окажется таким же злыд
нем, как чернобородый из трактира? Ежели так, он и
слова не станет с ним тратить, запряжет лошадь и поми
най как звали...
Ко всем переживаниям у Шерккея в животе начало
твориться что-то неладное. То ли щи не годились, то ли
пиво. С тетеревятины такого не должно быть. Не зря же
Шерккей до сего дня хвалился, мол, у меня в брюхе же
лезный зуб от бороны и тот переварится. А тут на тебе,
еще в чужих людях сраму не оберешься.
Цепная собака встретила его, как и раньше, громким
*Возглас, которым отгоняют собак.
348