298 / 486
братом: зачем надо было гробить столько досок на забор?
Иль Шерккей собирается жить, спрятавшись от всей де
ревни за этой крепостью? Да и люди невесть что подума
ют... Ладно, бог с ним, не станет Элендей портить брату
настроение. Только ежели он мечтает в этом же году и
дом поставить, тем более экономней бы надо со двором-
то. На добрый урожай Шерккей надеется, а ведь еще не
известно, что бог пошлет. Тем не менее, приняв чарку из
рук брата, Элендей пожелал ему добра и исполнения его
мечты о новом доме. Остальные тоже горячо поддержали
Элендея. Что поделаешь, такова жизнь: живым надо жить,
мертвым — лежать в земле. Как ни бывает тяжко, а жи
вым в землю не ляжешь...
III. ЧУЖОГО ГНЕЗДА НЕ СОГРЕТЬ
Надо бы лечь пораньше, завтра рано вставать, решил
Шерккей, но тут обнаружил, что сыновей нет дома. Ишь,
носятся, как бессонные совы! Надо их урезонить, урезо
нить надо, так нельзя...
Шерккей принес охапку соломы, расстелил в пред
баннике, сделав изголовье повыше, и, не запирая две
ри — все равно придется вставать, впускать этих сорван
цов, — прилег. На темном небе то и дело вспыхивают
молнии, погромыхивает гром; вот-вот прольется дождь:
воздух сперт, неподвижен, и мошкара вьется клубком.
Интересно, сколько же нынче он потратил денег?
Шерккей стал подсчитывать: два воза досок, дубовые
столбы, гвозди, два штофа водки, в одном, кстати,
Шерккей чуть оставил на донышке — завтра Велюш к
нему придет, он ему и поднесет... Да, порядком рассо
рил денег-то. Ах, беда с этими деньгами, как вода сквозь
пальцы утекают!
Шерккей быстро поднялся, вынул из кармана остав
шиеся ассигнации и прямо под чапаном наощупь при
нялся их пересчитывать. Насчитал сорок пять рублей и
увидел приближающуюся к бане фигуру. Лихорадочно за
сунув деньги в карман, Шерккей затаился. Оказывается,
это Ильяс.
— Ты... ты где шляешься по ночам?
— У Капкаев я был, — Ильяс протянул отцу пару
желтых только что сплетенных лаптей.
— И эти сам, что ли, сработал?
— Сам...
294