290 / 486
— Да я что, я хотел банк пополнить...
Эппелюка кто-то толкнул под локоть. Недовольный —
мешают следить за игрой! — он оглянулся и увидел свою
младшую дочь Синерук: принесла ему пообедать, а то суп,
мол, остывает. Эппелюк принял из рук дочери горшок с
супом, заботливо завязанный платком. Пока игра прой
дет один круг, он успеет похлебать супу. Поставив гор
шок на краешек стола, отец поманил дочку пальцем и
прошептал на ухо:
— Скажи матери, пусть не ругается. Если мне и даль
ше будет везти, в воскресенье на базаре купим телочку. А
тебе, дочка, пару новых лаптей...
Радостная, Синерук моргнула в знак согласия и молча
убежала. Эппелюк обернулся к Селиму.
— Сват, может, ты тоже похлебаешь со мной супу?
— Рехмет, зятек, не могу ни единой ложки, сыт по
горло. А ты что же, из дому-то не поевши вышел?
— Да мы еще вчера, почитай, с полудня играть нача
ли, в азарт вошли и с того часу не останавливались. Вчет
вером играли. Нямасю с Кураком что, они только нынче
начали. А мы всю ночь напролет играли...
— Здорово работаете, батька! Неуж и спать не хо
чется?
— Какое там! Ни в одном глазу сна как не бывало! А
ночью еще вот какая оказия случилась...
Эппелюк хотел что-то рассказать, но Селим его тут
же остановил:
— И-и, зятек, постой, постой! Выходит, тебя нынче
напрасно ждать? Ты небось и ввечеру дома-то не будешь?
— Ввечеру? Буду, вечером буду. Как стадо пригонят,
так и буду. И сам к тебе зайду, ладно?
Нямась проиграл. Люди снова загалдели, зашумели.
Шерккею больше было недосуг тут прохлаждаться. Он
хотел на минутку позвать Нямася, но теперь понял, что
того и калачом отсюда не выманить. Вот и пришлось Шерк
кею поневоле наблюдать за игрой.
А на столе мало-помалу собираются солидные деньги.
На сей раз выиграл Курак Лявашкин. Возбужденный иг
рой, Ванюк Петров зорко оглядывает соперников. Дошла
очередь до Илюка.
— Ты, Неженка, еще будешь играть?
— Буду, наверное, — несмело отозвался Илюк, по
очередно взглядывая то на Ванюка, то на Биктемира.
— Будет, будет! — вступился за нерешительного Илю
ка Биктемир Мурза.
286