285 / 486
а все пять! Вот так! Да голову держи выше, слышишь? С
нынешнего дня ходи, как гарнадир, не смей опускать го
лову вниз!.. Я их научу нас узнавать!.. Ежели денег этих не
хватит, у нас еще есть! Есть! Всю лавку Нямася могу
купить, вот так! Хе-хе-хе! Да, скажи Нямасю, пусть не
торопится лавку закрывать — я чуть позже сам к нему
подойду. Слышишь?
Тимрук глядел и не узнавал отца. Что это с ним такое
сделалось? Какой-то гордый, бесстрашный, даже в пле
чах и груди будто стал шире... И все время о чем-то дума
ет, морщит лоб, закусывает губы... Нет, Тимруку еще ни
разу не приходилось видеть отца таким. Ладно, если эта
перемена к добру...
В это время сын Этхема — Искендер, невысокий креп
кий парень, подъехал к одинокому тополю с нагружен
ным дубовыми столбами возом и еще издали крикнул:
— Куда сгружать, дядя Шерккей?
— А тут и сваливай, прямо тут, — Шерккей заторо
пился к Искендеру.
II. СЕЛЬСКИЕ КОМЕДИАНТЫ
Артелью дело спорится славно. К тому же дело для всех
не новое, да и земля мягкая, податливая. Двое копают
ямы, двое столбят столбы, а сыновья Исливана, что при
везли доски и жерди, остались возле Шерккея. Позже по
дошел и Элендей, — оказывается, дома он порушил печь,
вот и задержался.
— Да у тебя печь-то вроде славная была, зачем ты ее
развалил? — удивился Шерккей.
— Славная, потому и развалил.
— Так это ж разве дело — хорошую печь разрушать,
а, брат?
— Да уж разрушил, что теперь-то? Сам порушил —
сам и сложу. Хочу попробовать вот. Когда рушил — запо
минал, что и как. Думаю, научусь — ремесло будет. И
тебе скоро понадобится печку класть. Так что в глаза за
глядывать не будешь — сам сложу. Расходу не будет.
Шерккей поглядел на брата с недоверием: братец у
него мастер на всякие штучки! Ишь, печи класть заду
мал научиться. Ремесло, говорит, будет. Деньги, думает,
к нему ручьем потекут... Шерккей ничего не сказал, толь
ко усмехнулся. Их разговор слышали все, кто был обок,
они тоже хорошо знают Элендея. Но ни один из них не
281