Previous Page  183 / 486 Next Page
Information
Show Menu
Previous Page 183 / 486 Next Page
Page Background

как с вами рассталась, плачу день и ночь, но они ни

разу не слышали и не видели моих рыданий. Пусть не

радуются! — Селиме взглянула на отца глазами, полны­

ми слез.

Она, конечно, надеялась, что отец пришел заступиться

за нее, пожалеть. Но Шерккей молчал. И тогда Селиме,

тронув его за плечо тоненькой исхудавшей рукой, спро­

сила:

— Ах, папа, папа, и как только ваши души стерпели

это? Неужели вы до сих пор не могли найти, где я, или,

может, они меня хотели насовсем упрятать от белого

света? Почему вы до сего дня не пришли и не спасли

меня?.. — Селиме вновь зашлась в беззвучных рыданиях.

— Селиме, доченька...

— Сколько я здесь слез пролила, — прервала его

дочь, — пожалуй, весенний дождь пролил меньше влаги

на деревенские поля... Боюсь, глаза высохнут. Сама-то я

уже высохла. Вот, посмотри!

Селиме сорвала с головы красный платок. Отец, слов­

но впервые увидев свою дочь, вздрогнул, отпрянул от

нее.

— Селиме, дочка... — пробормотал он еле слышно, —

что с твоими волосами?.. Чего ты с ними сделала? Чем

побелила? — не веря своим глазам, он взъерошил седые

волосы дочери. — Впрямь поседели, прямо как снег... Как

же это, а?.. Как же это, дочка? — отступая от дочери,

будто от приведения, он ткнулся в деревянную лавку,

стоявшую в углу, и без сил опустился на нее.

— Что же теперь поделаешь, отец?.. Не я в этом вино­

вата...

— А исхудала-то как, господи! Глаза одни остались...

Зачем ты себя изводишь эдак, дочка, зачем?

— Это не я извожу, они меня изводят, — повязав пла­

ток, кивнула в сторону двери Селиме. — Недавно запор

на двери сломали и ворвались сюда Нямась с Урнашкой.

Так я с ними насмерть билась. Они мне руки поясом свя­

зали... — Селиме завернула рукав платья, и Шерккей уви­

дел на запястьях дочери кровавые рубцы. — Избили меня

так, что синяков на теле не сосчитать. А за что меня бить,

отец? В чем я перед ними провинилась? Силком хотят за­

ставить меня быть женой Нямася. Да я за тридевять земель

убегу, в ад спущусь, а женой его не буду! Чем пойти на

это, я лучше дохлую собаку на себе буду таскать... Отец, я

больше тут не останусь ни часа, уйдем отсюда с тобой

вместе!.. Как мама, не болеет? — Селиме при упоминании

12'

179