Previous Page  129 / 486 Next Page
Information
Show Menu
Previous Page 129 / 486 Next Page
Page Background

— Тухтар.

Шерккей вскочил как ошпаренный и выбежал из-за

стола.

—Ты... ты... браток... ты это знаючи говоришь? Иль под­

шутить надо мной удумал? — он весь раскраснелся, вспо­

тел.

—Да ты сядь, сядь. И слушай мое слово...

Но Шерккей и не думал садиться. Ему показалось, что

Элендей над ним явно насмехается. «Тухтар, подпасок,

работник в его дому — да он в глаза Селиме глядеть не

смеет! Какой же из него зять для Шерккея? Да его люди

засмеют, коль такое услышат! А брат, видишь ли, добра

ему желает, лес, видишь ли, рубить готов помочь... Боль­

но нужна мне твоя помощь, если ты так издеваешься надо

мной! Да тут не то что человек, скотина и та заплачет», —

подумал про себя Шерккей, а вслух сказал с обидой:

— Он же работник мой, работник! Слышишь, ты?..

Он подошел к столу, холодно посмотрел на Элендея,

с укором взглянул на Несихву. Потом повернулся и, за­

быв снятую шляпу на лавке, протопал к двери, с силой

захлопнул ее за собой. Элендей окликнул его вслед, но

Шерккей и не оглянулся. Как он шел домой — дорогой

или задами — не помнил. В дом вошел вконец разъярен­

ный. Глаза его бегали, как у больного, по сторонам, лицо

пылало огненными пятнами, ноздри раздувались, как куз­

нечные мехи...

Сайде сразу поняла, чем взбешен ее муж, но виду не

подала.

— Все, пропали, мать, — выдохнул из себя Шерккей

тяжелую фразу, — посмешищем на всю деревню стали...

— С чего это? — Сайде сделала вид, что ни во что не

посвящена, а сама тем временем, чтобы скрыть дрожь в

худощавых руках, спрятала их под полотенце — вроде бы

вытирала. — Опять какая беда стряслась?

— Хуже! Хуже всякой беды!.. Брат, брат называется!.. А

как над нами насмехается, как насмехается!

— Может, ты его сам чем рассердил?

— Кто? Я?.. Да я ему слова худого не говорил! — Шерк­

кей все еще не называл истинной причины своего гнева. —

Где Селиме? Позови ее сейчас же! — крикнул жене, и

Сайде окончательно убедилась, в чем тут дело. «Нет уж,

не стану я звать Селиме», — решила Сайде и, взяв веник,

стала подметать пол в избе. Потом спокойно сказала:

— Да чего уж такого обидного мог сказать тебе брат,

не знаю...

125