160 / 486
назад шапку, поглядел вокруг. Потом резко взмахнул ру
кой.
Из ворот, горделиво выгнув шею, выехал запряжен
ный в сани черный конь. В черных же санях сидели Ня
мась и Алиме. Выехали на улицу и остановились.
— Ты, Урнашка, побыстрее там пошевеливайся! — по
слышался недовольный голос Кандюка.
— Да корова никак не хочет выходить!
— Ты ее впереди нас поведешь.
Наконец Урнашка вывел со двора красную корову, по
гоняя ее жиденьким прутиком. Кандюк легко запрыгнул
к сидевшим в санях сыну и жене, и процессия тронулась
в путь. Ехавшие в санях поглядывали по сторонам — уж
очень не хотелось им попасться людям на глаза! К счас
тью, на улице никого не было. Полозья саней скрежетали
по подмерзшей дороге с душераздирающим скрипом. Ло
шадь догнала ведущего на веревке корову Урнашку, обо
шла его, миновала новый сруб и остановилась у калитки
старого дома Шерккея.
— Слушай, Нямась, — тихо сказал Кандюк, — если
бы мы сосватали Селиме по старинному обычаю, из са
ней нам не надо бы выходить. А сейчас тебе самому при
дется открыть ворота. Сани поставь под навес, лошадь рас
пряги и привяжи как следует, кабы повод не оборвала да
не убежала... А ты, старуха, лампу осторожненько зане
си, да смотри, керосин не пролей. Остальное сам заберу.
Да, Нямась, скажи Урнашке, чтоб корову тоже пона
дежней привязал.
Нямась открыл ворота, приподняв их над сугробом,
завел лошадь во двор, остановился. Кандюк спрыгнул с
саней, помог сойти Алиме, и оба поднялись по ступень
кам крыльца в сени. Не успел старик постучать в дверь,
как из сеней донесся голос:
— Кто там?
— Желанные люди, сват Шерккей! Открывай давай,
да побыстрее!
Со стуком слетела задвижка с двери.
— Входите...
— На вот, помоги и ты нести-то... Да дверь не запи
рай пока, нельзя.
В избе, на шестке, мерцал огонек величиной с мыши
ный глаз: в маленькой стеклянной баночке плавал мас
ляный фитилек. К тому же, он был прикрыт печной зас
лонкой.
— Честь и почет уважаемым хозяевам!
156