87 / 140
доходят они до дома. Но, видимо, Марья была намерена не
пускать Макарова к себе: ничуть не задерживаясь, она проворно
проходит в ворота и захлопывает их прямо перед носом
Макарова.
—Марья, впусти... Ну, довольно тебе, —умоляет Макаров,
словно в пору своей первой любви, но напрасно.
—Холодно... Я хочу спать, —только и сказала Марья на
прощание уже со двора и ушла в избу.
Да! Не узнать своей жены! И, глядя на холодную луну, с
холодным сердцем идет восвояси Макаров к себе.
...Осенью перед праздником Октября Михайлова вызвали
на какие-то курсы. На это время замещать его оставили Марью.
И, конечно, на Марьюлегли все обычные хлопоты по празднику.
Не обошлось без совещания по подготовке к празднику. В
числе других пришлось пригласить и Макарова. Восседает Марья
на председательском месте. И удивительно: словно она век
здесь сидела, словно всегда и была председателем. Смотри,
как она держится чинно, смотрит и разговаривает со всеми
смело, а с Макаровым —даже сурово. Вон как его отчитывает:
—Давно пора убрать эту сторожку! А то ведь стоит эта
лачужка посреди села на самом видном месте и портит весь
вид. Да, еще вот эти дома единоличников... В каком они виде?
В грязи ведь утопают! Разве думают они о празднике?
Интересно, что ответит на это председатель сельсовета?
Макаров покорно слушает и хлопает глазами.
После совещания он поджидает ее. Идут вместе.
—О, сколько звезд сегодня! —выпаливает Макаров, но,
спохватившись, тут же заминает неловкость: — Ты ведь
зябнешь, Марья, —легко одета. На, возьми мой пиджак.
—А сам?
—Я-то не озябну, —накидывает на Марьины плечи свой
пиджак, а сам с юношеской прытью решительно льнет к ней.
Но, под стать девушке, Марья также решительно осаждает
Макарова. Он опешил: такой оборот действует на него как
ушат холодной воды. Однако Макаров быстро приходит в себя
и, как ни в чем не бывало, начинает неуместный разговор:
— Ведь у нас, Марья, договор соцсоревнования с соседями
заключен. Хотели итоги к празднику подвести.
— Значит, завтра нужно будет их пригласить, — сухо
отвечает Марья.
83