88 / 140
Но в голове у Макарова крутилось совсем другое. Но вот
уже дом, уже ворота... Нужно договориться!
— Марья, заночую я у тебя? Пойдет? — решился-таки
Макаров.
—Завтра договоримся, —только и ответила Марья, юрк
нула в ворота и заперла их за собой. Остался Макаров на улице,
остался, как в тот раз, при своих интересах. С полчаса томился
он у ворот, томился в надежде, что Марья, авось, образумится
и откроет ворота ему. Но ворота не открылись.
Макаров уходил подавленный грузом враз нахлынувших
мрачных размышлений, поглощенный в свои грустные
воспоминания. Лаяла, огрызалась соседская собака, но он ее
даже не слышал. «Ей нужен другой, новый», —решил он.
IV
—Тетя Марья, а в какой бригаде будем угощать?
—Тетя Марья! Список премируемых у тебя?
—Товарищ Макарова, тебя председатель РИКа вызывает.
Макаров любуется Марьей, любуется, как она деловито и
проворно отвечает всем. И сам он не удерживается, чтобы не
спросить:
— Марья, а не пора ли начать митинг: народ ведь со
брался?—а сам, словно зачарованный, не сводит с нее глаз.
Заканчивается митинг, затем —и демонстрация. Макаров
подходит к Марье и, выбрав момент, как бы полушутя,
набивается к ней в гости:
—Марья, надеюсь, сегодня ты пригласишь меня в гости
—праздник же?
— Видимо, придется пригласить. Но я ничего не сумела
приготовить. С раннего утра ушла вот из дома...
Пришли. Макаров разделся и собрался было уже сесть за
стол, но заметил, как Марья взялась чистить картошку, и
участливо спросил:
—Воды, кажется, нет. Принесу я? И за дровами схожу.
Марья промолчала. Макаров оделся, сходил за водой,
принес и дров. Чудно Марье видеть такое. И вот она уже нарочно
подзадоривает его:
—И муки уж, пока одетый, заодно принеси.
Не раздумывая, и за мукой сходил Макаров.
84