19 / 21
Надя с девочкой продолжали жить в комнате Гали. Я не спешил забирать их. Воскресным
вечером, заюнчив работу, направился к заветному дому. Впереди промчался мотоцикл - это приехала
Галя.
Они обе были в комнате. Галя присела на краешек постсли и задумчиво смотрела на младшую
сестру. Поздоровавшись, я взглянул на девочку, безмятежно спящую у Надиной груди. Ее личико
явственно напомнило мне кого-то. Но кого? Широкое монголовидное лицо, узкие темные глаза,
иссиня - черные волосы... "Это не мой ребенок",- ужаснулся я Надины глаза сухо блеснули, губы
задрожали.
-Не твой! Не твой! - злобно закричала она. - Уходи! Нас ничто больше не связывает. Уходи!
- Зачем ты растоптала мою душу?! - я пошел к двери.
После этого я только и делая, что искал встречи с Галей. Как-то был теплый тихий вечер. Я
сидел у озера. Из сада донесся звук гитары. Галя!.. Душа рванулась в сад, но ноги не слушались,
заплетались.
Галя сидела на скамейке. Неровными шагами
я
подошел к ней, сел рядом. Но слова не шли
на язык. К горлу подступил комок. Гитара выпала из ее рук.
- Давай уедем отсюда, уедем далеко-далеко, где нас никто не знает! - вырвалось у меня. Она
молчала. - Я не могу без тебя, Галя! Прости меня, забудь о прошлом. Я не мог знать, что встречу
такую большую любовь...
- Ни ты, ни Надя ни в чем не виноваты. Но после всего, что произошло, я не могу быть с
тобой. Пусть и люблю сильнее жизни, - тихо сказала Галя.
Я не посмел взглянуть на нее, осторожно оторвал от себя, побрел к калитке.
Назавтра зашел к Наде. Она была печальная, не стала разговаривать со мной. В ожидании
Гали я сел у раскрытого окна. Уже стемнело. Галя въехала во двор, поставила мотоцикл возле
сарая и стала подниматься на крыльцо. Я нарочито громко заговорил с Еленой Сергеевной. Услышав
мой голос, Галя остановилась, медленно, походкой больного человека направилась в сад. Она
дошла до калитки и покачнулась. Я затравленно посмотрел сначала на Елену Сергеевну, потом на
Надю, выскочил из дома. Гатя лежала у озера, прижавшись всем телом к земле Увидев меня,
попыталась встать, но тут же рухнула обратно. Я подбежал к ней, бережно взял на руки. Она
горела как в огне.
- Галя, что у тебя болит? - испуганно спросил я. Она печально улыбнулась.
- Душа болит, Гена. Что делать, от этой боли нет лекарств... - ее голос пропал.
Я попытался нащупать пульс. И не смог.
Смерть пыталась схватить костлявой рукой мое счастье, мою любовь, уже стояла у ее
изголовья.
Прибежала Надя, упала Гале на грудь и заголосила. Я еле оторвал ее. Попросил, чтобы она ушла,
хотелось побыть наедине с Галей. Надя не обиделась, продолжая рыдать, обхватила сестру за ноги.
У Гали дро1нули губы. Она что-то сказала, но голоса не было слышно. Посмотрела в
неведомую мне даль и вдруг обмякла, и больше уже не шевельнулась. Я гладил ее черные волосы.
В отчаянии поднял глаза к небу и заметил, что облака стали багровые, словно окрасились кровью.
Вдруг показалось, что весь мир объят пламенем Я громко закричал, но не услышал себя, - из
груди вырвался бессильный хрип - Галя! Галя... Спокойная, недвижимая, она больше не оттолкнет
меня, но и не обнимет, я не увижу ее глаз, полных любви. Вот руки, нежно перебиравшие мои
волосы, пальцы, на которые мне не суждено было надеть кольцо...Любовь моя, жизнь моя, как мне
теперь без тебя!..
Еще недавно я уповал на силу любви. Как же я ошибался! Любовь оказалась слабой,
беззащитной перед самой обыкновенной ложью. Если бы можно было отдать любимой полжизни и
прожить ее вместе с ней, с какой радостью я бы сделал это...
Я снова посмотрел туда, где небо сливалось с землей. Багрово-красные отблески на горизонте
порозовели. В глазах потемнело. Любовь и боль, слившись воедино, рвали грудь. Но сердце не
разорвалось, оно только опустело, как опустела земля. Ветер тронул ветви на березе, и показалось,
что звякнули железные листья на огромном дьявольском дереве на какой-то незнакомой планете.
Их назойливый шум кружил голову
Страшно, когда пустеет душа. Ты словно становишься тенью. Тенью! Ни радость, ни
страдание ничего для нее не значат, она отреклась от всего
У Гали немного печшгьное, обиженное лицо, но по-прежнему прекрасное. Красивая в жизни,
она и после смерти осталась красивой.
Светает. Тяжелые гучи на небе стали рассеиваться. Должно быть, у них тоже что-то не
ладится - бездонное небо беснуется. Занимается тусклый день.
Неожиданно совсем близко от нас запели свадебную. Свадьба?.. Вот она, жизнь! Именно в
23