путного не может придумать Тимрук. Вот вернется домой,
поговорит с отцом с глазу на глаз, тогда, может, что-то
и прояснится. Тем более что сейчас отец и не знает, где
находится Ильяс... А может, с дядей поговорить?
Стемнело, а Ильяса нет как нет. Тимрук вошел в из
бенку, прилег и не заметил как уснул. Ильяс бесшумно
подлез к нему и тоже уснул.
Рано утром, проснувшись, Тимрук обнаружил рядом
с собой сладко спящего Ильяса. Он пожалел его будить
и, едва слышно проговорив: «Будь здоров, братишка, сча
стливо оставаться!» — поспешил в дом дяди.
Позавтракав, Тимрук с дядей выехали в Симбирск.
VII. НОВОЯВЛЕННЫЙ БОГАТЕЙ
У деревни тысяча и один глаз, а то и больше.
И все равно сверх того, что можно ими увидеть, уже
не увидишь. Вот Шерккей обнес высоченным забором
свое пепелище — поди узнай, что за ним делается. Ни
кто не увидит. Слышат люди какой-то шум изнутри, ви
дят, как с утра до ночи курится сизый дымок, а то от
кроются и тут же захлопнутся могучие ворота о шести
дубовых столбах — это въезжают груженные кирпичом
телеги, а со двора они вывозят землю, глину, еще ка
кой-нибудь хлам и везут все это за околицу, чтобы сва
лить в овраг.
Стали сбываться наяву слова, кочевавшие из рода в
род: Шерккей наконец-то начал большое дело. Однако
толком утламышцы так и не знают, что это за дело, кро
ме одного: Шерккей надумал строить каменный дом, об
этом проболтался возчик кирпича, хотя хозяин строго на
казывал всем держать язык за зубами. Эта весть разнес
лась по Утламышу в мгновение ока. Алаба Велюш, по
обыкновению, узнающий первым все новости, поспешил
к Шерккею, чтобы потолковать с ним с глазу на глаз.
Подойдя к воротам, он осмотрелся по сторонам, затем
побарабанил пальцами в новые доски. К нему вышел
привратник, угрюмо спросил:
— Кто нужен?
— Ты нужен, — отпарировал Велюш, в упор глядя на
богатыря. — С хозяином, снаш, потолковать мне надо.
— Хозяина нет дома, — бросил привратник и захлоп
нул ворота. Как же так? Велюш шел нарочно, а его даже
не впустили... Алаба Велюш не привык к такому обраще
360




