Поля, поля, поля... Прямо посреди них в извилине реки
жмутся друг к дружке убогие деревеньки. Радуют глаз зеле
ные квадраты огородов, издали похожие на татарские бар
хатные тюбетейки; за много верст видны сверкающие на
солнце купола церквей. А люди без сна и отдыха толпятся
на току — кто молотит, кто сушит зерно, кто провеивает...
Тимрук миновал деревню Заплаткино, оставил поза
ди Ишле, вошел в следующую — Сепрель и остановился
возле колодца с журавлем — напиться. Испил воды и
тотчас зашагал дальше. За околицей увидел девчат, уби
равших коноплю. Вот одна из них, симпатичная и глаза
стая, заметила Тимрука и уставилась на него, свивая в
руках пояс для снопа.
— Бог в помощь, сестрица! — крикнул Тимрук, про
должая свой путь по тропке.
— Спасибо, братец! Куда путь держишь?
—Далеко, сестрица, так что долго не увидимся!
— Тогда счастливого пути тебе! Чтоб раз семь упасть
да девять встать!..
И засмеялась украдкой. Она, конечно, моложе Тимру
ка, но он ее назвал сестрицей. Тоже мне, язык мой...
Пройдя шагов пять, Тимрук оглянулся. Девушка все
еще глядела ему вслед. Встретившись взглядами, оба рас
смеялись. Девушка повернулась и скрылась в коноплянике,
а Тимрук зашагал своей дорогой.
А вскоре на взгорке показалась и деревня, где жил
дядя Тимрука. Пройдя почти до конца главную улицу,
сплошь поросшую ветлами, он остановился около одно
го старого дома.
Тетушка была во дворе — мыла картошку. Увидев Тим
рука, принялась расспрашивать, с кем пришел да как,
пешком или с подводой? Дяди, оказывается, пока нет
дома — они с Ильясом поехали в поле свозить снопы,
скоро должны вернуться.
— С Ильясом? — удивился Тимрук. —Ты говоришь про
нашего Ильяса, тетя?
— А про какого ж еще? Вы поди думали, что он в
Хурнварах, он ведь вам не сказал, куда идет?
— А когда он у вас появился?
— Да уж больше недели, дней десять поди живет. В
следующий вторник они с сынишкой Палли в Хурнвары
идут учиться. И «экзам»* уже сдал Ильяс-то...
Тетя тем временем повесила котел над огнем и
*Экзамен.
23
355




