34 / 80
вернулся обратно. Еще больше рассвирепев, он опять полез
ко мне на дерево.
— Шашка!— закричал я вновь.
Шашка подбежала и еще раз укусила медведя за хвост.
Видно, больно стало медведю, пустился он за собачкой и
долго гонялся за ней, как кошка за мышкой.
Тем временем я спрыгнул на землю, схватил выпавший
из-за пояса топорик и залез на другое дерево, потоньше.
А чтобы медведю трудней было забраться на него, я обрубил
на дереве все сучья.
А медведь, обозлившись от неудачной погони, прибежал
к дереву и опять лезет ко мне, несмотря на то, что ствол
гладкий. Лучше человека лезет. Третий раз крикнул я
Шашку. Та прибежала и больно укусила медведя. Но мед
ведь стал хитрее и не погнался за Шашкой, а продолжал
подниматься по дереву, таща за собой и Шашку, которая
вцепилась ему в хвост.
«Н у , теперь держись, Степан»,— сказал я самому себе.
Размахнулся и как хвачу топором медведя по лапе. Отвали
лась лапа, упала наземь, а вслед за ней рухнул и медведь,
чуть-чуть не придавив Шашку.
Тяжело поднялся медведь и одной лапой сердито начал
трясти дерево, стараясь вырвать его с корнем. Дерево не
поддавалось. Тогда медведь зубами стал вырывать корни
один за другим. Сначала подроет землю вокруг корня, а
потом выдернет его.
Т у т я выстрелил медведю прямо в губы. Зафыркал
медведь и забрызгал кровью Шашку, которая все прыгала
около него.
Выстрелил я в четвертый раз. Завыл медведь.
«Эге, не знал я, что надо в губы стрелять, а то бы давно
свалил тебя» ,— подумал я.
32