392 / 486
Да, чуть не забыл — он тебе привет посылает, вчера пись
мо я от него получил.
— Дядя Палюк?! — обрадовался Тухтар. — Мы с ним,
почитай, три месяца не виделись, а кажется — год це
лый. Где он сейчас?
— В Москве, живет вместе с рабочими Красной Пре
сни, весной обещал приехать сюда.
— Соскучился я по нему страшно, охота увидеть.
Василий Петрович потер озябшие ладони друг о дру
га, затем пригладил начавшие седеть у висков волосы,
расправил густые усы и снова вернулся к «плотниц
кой» теме.
— А я думал, ты только слесарь отличный, ты же,
оказывается, и плотник отменный.
— Плотник... Ты небось думаешь, дом этот деревян
ный?
—А какой же?
— Да тут не ахти какое мудреное дело, Василий Пет
рович, — усмехнулся Тухтар. — Привезли мы из деревни
три воза истлевшей соломы, там она никому нужна, из
мельчили до овсяных зерен, смешали с глиной. Потом
сформовали из нее кирпичи — хочешь жить, умей вер
теться, как говорят. Ну, сложили стены, оштукатурили
глиной, побелили изнутри и снаружи. Так что таким, как
мы, лет пятнадцать тут жить можно смело.
— Ай славно получилось, аккуратно-то как! — Васи
лий Петрович и Кузьма, не переставая восхищаться уме
ньем парня, прошли в другую комнату.
В это время с улицы донеслись звуки шагов и голоса.
Тухтар вышел в сени. Через минуту в дом вошли пятеро,
и среди них — Улька, дочь хозяйки, и Клавди — работ
ница с фабрики «Красная мануфактура».
— О-о, тут уже и без нас есть гости! — снимая пальто
и вешая его на вешалку, проговорила весело Улька. —
Здравствуйте, — она пожала руки Кузьме и Василию Пет
ровичу и кивнула в сторону только что вошедших с нею: —
А эти стоят и раздумывают, словно на перекрестке: вой
ти или не войти? Ну я их и затащила... Раздевайтесь все,
торопиться нам некуда, так? — голос у Ульки мягкий,
какой-то домашний.
Пришедшие с ней разделись, прошли вперед и поздо
ровались с остальными.
—Да вы вон в ту комнату проходите, — радушно пред
ложила мать Ульки. — Там посвободнее, чем здесь.
Двери в соседнюю комнату нет — вместо нее висит
388