57 / 84
Задремал и Пюрнеске.
А С и л ь сю н а т о с тал ся о х р ан я т ь п о к о й своих
дру зей .
Прошло немало времени. Но Сильсюнату нисколь
ко не хотелось спать. Вокруг тихо. Нигде ни шороха.
И Камбур, и Пюрнеске спали сладким сном.
«Не видать никого, может, мне, пока они спят,
разведать дорогу?» — подумал конь.
Он ещё раз огляделся вокруг. Но везде было тихо.
Казалось, весь мир погрузился в глубокий сон.
«Я далеко не пойду и тут же вернусь», — подумал
Сильсюнат. И, ломая кусты, ушёл в лесную чащу.
Как только конь скрылся из виду, с другой сто
роны , крадучись, вышел на поляну сам Чиге-ста
рик Хур-сухал.
— Ага, спят! — прошептал он. — Мне только это
и нужно! Пусть спят. Я им помогу, пусть ещё креп
че уснут!..
И он , воздев руки к небу, забормотал:
— Турум-бурум, ш анни -ш анни ... Вечерний сон,
ночной сон , утренний сон, дневной сон , вы слы
шите меня? Все ко мне! Все сейчас же сюда! Прими
те в свои о б ъ я ти я п риш ел ьц ев ... Т урум -бурум ,
ш аннй -ш аннй бум...
Ч и ге -стари к Хур-сухал трижды прыгнул вверх,
потом взял горсть земли , съел её, посмотрел на
спящих Камбура и Пюрнеске и зло расхохотался.
— Эхе-хе-хе-е! Вот вы, дорогие мои, и попались!
Теперь вы уснули так крепко , что и громом не раз
55