20 / 84
Ч ай у Маганьби уже вскипел, а Пюрнеске всё не
было. Бабочка Лебеш совсем расстроилась:
— Это я виновата. Не съела бы вчера весь мёд, не
пришлось бы Пюрнеске бегать по лесу.
Маганьби утешала её:
— Он вот-вот вернётся. Не волнуйся, милая ба
бочка.
— Апчхи! — чихал в своём углу крот. — Здесь у вас
так тепло, но всё-таки мне холодновато. А куда хо
дит Пюрнеске собирать мёд? — спросил он.
— Совсем недалеко, — сказала Маганьби и по
смотрела на свирель. — Может, всё-таки позвать его?
— Д а , д а в ай т е п о зо в ём , — о б р а д о в а л а с ь б а
бочка . — Я умею!
Она подлетела к свирели, но не успела подуть в
неё. С шумом распахнулась дверь, и в дом ввалился
огромный паук Эрешмень, а за ним — двенадцати
головый страшный дракон Асьтаха.
— А -а-а , попались! — закричал паук, вращая гла
зами. — Теперь-то уж вы от меня не уйдёте!
— Ай! — вскрикнула Маганьби и громко позвала:
— Пюрнеске-е-е!
— Кричи , кричи! — усмехнулся паук. — Всё равно
тебя никто не услышит. Ваш Пюрнеске в лесу мёд
собирает и не думает возвращаться.
— И не думает! — заревел дракон всеми своими
двенадцатью глотками.
— Ну, видишь, мой друг Асьтаха, — наступая на
Маганьби, сказал паук, — не правда ли , славная у
нас получилась охота?
18