71 / 80
— Т ак нельзя, надо пробежать нам по ровному месту,—
говорит летчик и выскакивает из кабины, чтобы посмотреть,
ровное ли место на моей ладони.
Вдвоем с помощником начали они считать, вымерять
длину ладони. Я тут загляделся по сторонам и не заметил,
как летчик провалился в щель между указательным и сред
ним пальцем. Вдруг я увидел: что-то белое мелькает и
медленно идет вниз. Это был парашют. Я быстро подхватил
его снизу, на ладонь. Летчик не растерялся. Он быстро
сложил парашют и повесил его опять на спину. Летчик даже
успел запомнить: длина моей ладони до пальцев составляла
четыреста семьдесят восемь метров. Значит, до кончиков
пальцев еще столько же, а всего почти целый километр.
— Как-нибудь пробежим,— сказал он,— ты только стой и
не дыши минутку.
Он запустил мотор и направил машину по самой длинной
дороге, вдоль среднего пальца, где я ногтем провел след.
Самолет добежал до конца и плавно поднялся вверх. Пассажи
ры замахали мне платочками.
Сделав не более десяти шагов, я добрался до Уссурийской
тайги.
Тайга эта огромная, как океан. Там столько всяких зверей
и птиц, что дух спирает при виде их у охотника. Завидев
меня, все звери начали прятаться. Я наклонился и схватил
одного медведя. Он показался мне не больше котенка. По
садил я его на ладонь, смотрю: злится медведь, урчит и
весь трясется от страха. Взглянул себе под ноги — там еще
медведь с двумя медвежатами играет. И этих взял . Спрятал
медведей в карман, но места там было еще много, можно
поместить целый десяток.
Сделав два шага, я очутился у болота, заросшего
травой. Смотрю, играют на солнце тигры, желтые пятна на
69